Когда грустно

Человек, который носил невидимый цветок

Лев работал в небольшой мастерской и часто возвращался домой поздно. По дороге видел освещённые окна, слышал из кафе разговоры и смех. Ему казалось, что у всех жизнь получается легче. За день он обычно вспоминал прежде всего то, что сделал не так.
Дома тоже находилось за что себя упрекнуть. Не позвонил матери, не ответил знакомому, снова отложил давно начатую работу. Лев садился возле окна и думал, что завтра надо собраться. Но утром просыпался с той же тяжестью и торопился выйти, не успев даже толком поесть.
В одну из таких ночей ему приснилось, что он идёт по знакомой улице. За пальто и куртками прохожих угадывались цветы. Один раскрывался навстречу солнцу, другой был совсем маленьким, третий осторожно поднимался из перепутанных листьев. Никто вокруг, кажется, этого не замечал.

Лев посмотрел на себя. Под ладонью, возле сердца, едва виднелся тонкий стебель. Цветок склонился набок. Лев хотел сравнить его с чужими, но испугался, что пока смотрит по сторонам, может его потерять. Осторожно прикрыл ладонью и проснулся.
В комнате было прохладно. Он полежал, прислушиваясь к утренним звукам, потом вспомнил слабый стебелёк. За окном начинался обычный рабочий день. Лев встал и поставил чайник. Пока вода нагревалась, нашёл хлеб, нарезал сыр и сел за стол. Ему давно не случалось завтракать без куртки, надетой второпях.
Весь день Лев вспоминал сон. Вечером задержался у цветочного киоска и заметил маленькое растение с мягкими листьями. Ему захотелось поставить его у своего окна. Продавщица показала, как проверить землю, прежде чем поливать. Дома он освободил место на подоконнике и долго выбирал, куда поставить горшок, чтобы хватало света.
Через несколько дней позвонила мать. Обычно Лев отвечал, что всё нормально. На этот раз привычные слова так и не сказал.
— Устал я, мам. Всё время кажется, что надо ещё что-нибудь успеть.
Мать немного помолчала.
— Приходи в воскресенье. Посидим вдвоём. Я тебе пирог испеку.
Лев согласился. Потом спросил, как у неё дела, и ещё немного поговорил с ней, не поглядывая на часы.
В воскресенье они сидели на кухне. Мать рассказывала про соседей, а он помогал нарезать остывший пирог. Она завернула несколько кусков с собой. Возвращаясь, Лев прижимал свёрток к боку и думал о том, как тепло было за столом.

На лестнице встретил пожилую соседку. У неё соскользнул с плеч платок, руки были заняты сумкой. Лев придержал дверь, помог донести покупки. Задержался на минуту, пока она расправляла платок и рассказывала, что опять купила яблок больше, чем собиралась.

Бывали и прежние тяжёлые вечера. Иногда он забывал и про ужин, и про цветок. Но теперь мог позвонить матери и рассказать, как прошёл день. После работы порой сворачивал с шумной улицы на дорожку между садами. Она спускалась к воде; Лев шёл медленно, задерживаясь возле цветущих ветвей. А дома по утрам, раздвигая занавески, замечал, как поворачиваются к свету листья.
Однажды показался новый лист — светлее остальных, ещё сложенный пополам. Лев наклонился рассмотреть его. Захотелось кому-нибудь показать. Он взял телефон, сделал снимок и отправил матери.
Через минуту она ответила. Лев улыбнулся, отодвинул горшок от холодного стекла и сел завтракать. Внизу хлопнула дверь подъезда, зашумел первый автобус. До выхода оставалось ещё немного времени.


