После расставания

Человек и пристань, на которой стало тихо
Илья жил в небольшом городе у моря. По вечерам он встречал свою девушку Лену после работы, и они шли на старую деревянную пристань. Здесь можно было посидеть вдвоём, поговорить или просто посмотреть, как над заливом загораются огни.

Она любила сидеть у самого края. Он просил её подвинуться, и она со смехом обещала, что сегодня уж точно не упадёт. Потом прижималась к его плечу и прятала озябшие руки в рукава его куртки. Внизу плескалась вода, а над заливом медленно загорались огни.
Каждому судну она придумывала свою историю. Маленький катер с одним жёлтым огоньком однажды оказался домиком, который отвязался от берега. Она рассказывала это с таким серьёзным видом, что он смеялся ещё до конца истории. С тех пор всегда высматривали этот катер.
К концу весны их прогулки стали реже. Лена часто оставалась дома, а у моря всё чаще молчала. Илья чувствовал, что она отдаляется, но надеялся, что они просто устали и скоро всё наладится.
В один из первых летних вечеров они снова дошли до знакомого фонаря. Лена остановилась и попросила её выслушать. Она долго подбирала слова. Сказала, что её чувства изменились и она больше не хочет жить вместе. Илья просил её не торопиться. Они говорили, пока совсем не стемнело, и пошли домой, так ни о чём и не договорившись.
Через несколько дней Лена уехала. Илья ещё долго вспоминал тот разговор, прислушивался к шагам за дверью. По вечерам дома становилось особенно тяжело, и он снова начал ходить к морю.

Теперь он садился на прежнее место и смотрел в залив. Порой среди огней появлялся маленький жёлтый огонёк. Илья поворачивал голову, уже готовый показать его Лене. Рядом лежала только его куртка. Он поправлял её, опускал руку на доски и оставался так сидеть.
Здесь особенно не хватало её голоса. Он помнил, как она рассказывала о своём дне, а сам почти не слышал слов — ему было хорошо просто слушать. Теперь вода плескалась так же тихо. Он закрывал глаза, и на короткое мгновение можно было представить, что она рядом.
Неделями Илья возвращался к морю. Иногда оставался до темноты, иногда уходил почти сразу. Бывало, подолгу обходил пристань стороной. Но потом снова хотелось побыть там, где они были счастливы.
Пока он сидел у воды, с берега доносился ровный шорох рубанка. Илья невольно оглядывался на приоткрытую дверь знакомой мастерской. Они с Леной часто проходили мимо и видели её хозяина за работой. Теперь, возвращаясь с пристани, Илья иногда задерживался у двери, наблюдая, как тот чинит лодку.
Сначала они только кивали друг другу. Потом стали здороваться. Однажды мастер попросил помочь передвинуть лодку под навес. Когда справились, немного постояли рядом, переводя дух. Тогда Илья и узнал, что хозяина зовут Андрей.
В следующий раз Андрей позвал его посмотреть, как ложится новая краска.
— Красиво выходит, — сказал Илья.
— Издалека особенно, — отозвался Андрей и сам отошёл полюбоваться.
Илья улыбнулся. Андрей подвинул ему ящик, а сам сел на ступеньку. Поговорили о лодке, о ветре, о том, что вечера стали короче. Потом помолчали. Илье понравилось, что можно сидеть рядом и не придумывать, чем заполнить паузу.
Они виделись время от времени. Иногда Андрей был занят, иногда мастерская стояла закрытой. Но теперь, подходя к пристани, Илья поглядывал на дверь. Хотелось поздороваться, задержаться ненадолго.
В один из таких вечеров Андрей убрал инструменты раньше обычного и предложил пройтись до воды. Они шли по настилу, разговаривая о лодках в заливе. Андрей показал одну, которую чинил ещё со своим отцом. Илья удивился, сколько лет она уже ходит по морю, и стал расспрашивать.
За разговором они дошли до старого фонаря и сели у края. Некоторое время смотрели вслед лодке. Потом Андрей оглядел знакомые доски и спросил, почему Илья всегда выбирает именно это место.
Илья провёл ладонью по доскам и ответил, что здесь любила сидеть Лена. Помолчал и добавил, что они расстались.
Илья рассказал про её холодные руки, про катер, про то, как всё ещё поворачивается, чтобы что-нибудь ей сказать. Голос дрогнул, и пришлось остановиться. Андрей ждал. Над водой зажёгся фонарь. Когда Илья смог продолжить, Андрей всё так же сидел рядом, повернувшись к нему.

После того разговора Илья вернулся не сразу. А когда пришёл, Андрей готовился подкрашивать второй борт. Илья сам предложил помочь. Они устроились под навесом. Вместе подготовили дерево, потом взялись за краску. Рядом с потускневшим бортом свежая полоса казалась особенно яркой. Илья то и дело отходил на шаг, чтобы посмотреть, как получается.
Глядя на него, Андрей вспомнил, как однажды выбрал краску при свете лампы, а утром обнаружил, что лодка получилась розовой. Илья остановил кисть и посмотрел на него, пытаясь понять, шутит ли он.
— И перекрасили?
— Только на следующий год. Очень уж добротная краска попалась.

Они посмеялись, и Илья снова взялся за работу. К вечеру Андрей довольно оглядел борт. «Спасибо тебе. Один бы я ещё долго возился». Илья тоже задержался возле лодки. Ему нравилось, как она меняется, и хотелось прийти ещё, посмотреть, какой она получится.
Он по-прежнему скучал по Лене. Случались вечера, когда хотелось остаться одному. В другие дни он шёл к мастерской и ещё издали слышал знакомое приветствие. Андрей рассказывал о своей работе, спрашивал о его делах. Они привыкали друг к другу, и короткие разговоры всё чаще затягивались до сумерек.
Как-то Андрей встретил его на ступеньке с термосом и двумя кружками.
— Я думал, ты сегодня заглянешь. Садись, чай ещё горячий.
Они обсуждали лодку и шутили, кто первым решится в неё сесть после их ремонта. В заливе показался маленький жёлтый огонёк. Илья проводил его глазами и вспомнил её смех. Некоторое время молчал. Потом рассказал Андрею, что, кажется, это тот самый катер.
Когда допили чай, на пристани стало совсем тихо. Илья помог отнести кружки в мастерскую и задержался у двери. Обычно в эту минуту ему уже хотелось скорее уйти домой. Теперь он спросил, будет ли Андрей здесь в воскресенье.
— Буду. Приходи.
Он пошёл вдоль берега, чувствуя на ладонях оставшееся от кружки тепло. Впервые за долгое время ему хотелось, чтобы воскресенье наступило скорее.


